Заметки Мураками

Однажды испытав настоящую, чистую, ничем не разбавленную любовь, человек будто позволяет облучить часть своего сердца. И эта часть, можно сказать, выгорает.

Телу для любого поступка нужен вопрос „зачем?“

Воображение свободно. как птица. И просторно, как море. Никто его не остановит.

– А ты не думаешь, что смелость и любопытство имеют много общего? Где смелость, там и любопытство, где любопытство, там смелость. Скажешь, не так?

Только под воздействием серьезной физической нагрузки, когда мускулы мой ноют, мой мыслительный аппарат вдруг начинает работать на полную катушку, и тогда я словно прозреваю.

Глотнув зыбко дрожащего сентябрьского воздуха, короткое лето растаяло, — а душа все не хотела расставаться с его жалкими остатками.

Можешь делать со мной все, что хочешь, только не делай больно. Мне много пришлось пережить до сих пор. Больше не хочется. Хочется счастья.

В супермаркете я слился с ордой местных домохозяек. Хоть бы одно радостное лицо … Наверняка ничто их в жизни не радует. Они ведь не ищут переправу в метафорическом мире.

В каждом любовном порыве они проверяли меру потребности друг в друге.

Конечно, какое-то время я боролась за себя, строила свой мирок. И теперь всегда могу спрятаться в том мирке и хоть немного расслабиться. Одна. Как улитка в панцире. Но ведь мне потому и пришлось сооружать этот панцирь, что сама я – беззащитный слизняк.

Замечательное чувство — садиться в поезд дальнего следования без багажа. Словно, выйдя из дому прогуляться, вдруг попадаешь в искривлённое пространство‑время…

Смерти как таковой я не особенно боюсь. Как сказал Шекспир, «кто помрет в этом году, застрахован от смерти на будущий».